Русское купечество всегда было особенным. Купцы и промышленники признавались самым обеспеченным классом Российской империи. Это были смелые, талантливые, щедрые и изобретательные люди, меценаты и ценители искусства.
Бахрушины
Происходят из купцов города Зарайска Рязанской губернии, где их род можно проследить по писцовым книгам до 1722 года. По профессии Бахрушины были «прасолы»: гоняли гуртом скот из Приволжья в большие города. Скот иногда дох по дороге, шкуры сдирали, везли в город и продавали кожевенным заводам - так начиналась история их собственного дела.
Алексей Федорович Бахрушин перебрался в Москву из Зарайска в тридцатых годах позапрошлого столетия. Семья переезжала на телегах, со всем скарбом и младшего сына Александра, будущего почетного гражданина города Москвы, везли в бельевой корзине. Алексей Федорович - стал первым московским купцом Бахрушиным (в московское купечество он занесен с 1835 года).
Александр Алексеевич Бахрушин, тот самый почетный гражданин Москвы, был отцом известного городского деятеля Владимира Александровича, коллекционеров Сергея и Алексея Александровичей и дедом профессора Сергея Владимировича.
Кстати о коллекционерах, это известная страсть к “собирательству” была отличительной чертой рода Бахрушиных. Особенно стоит отметить коллекции Алексея Петровича и Алексея Александровича. Первый собирал русскую старину и, главным образом, книги. По духовному завещанию, библиотеку он оставил Румянцевскому музею, а фарфор и старинные вещи - Историческому, где были две залы его имени. Про него говорили, что он страшно скуп, так как «ходит кажное воскресенье на Сухаревку и торгуется, как еврей». Но вряд ли его можно за это судить, ведь каждый коллекционер знает: самое приятное - самому разыскать подлинно ценную вещь, о достоинствах коей другие не подозревали.
Второй, Алексей Александрович, был большим любителем театра, долгое время председательствовал в Театральном обществе и был весьма популярен в театральных кругах. Поэтому Театральный музей стал единственным в мире богатейшим собранием всего, что имело какое-либо отношение к театру.
И по Москве, и по Зарайску они были почетными гражданами города,- честь весьма редкая. Во время моего пребывания в Городской думе было всего два почетных гражданина города Москвы: Д. А. Бахрушин и князь В. М. Голицын, бывший городской голова.
Цитата: "Одной из самых крупных и богатых фирм в Москве считается Торговый дом братьев Бахрушиных. У них кожевенное дело и суконное. Владельцы - молодые еще люди, с высшим образованием, известные благотворители, жертвующие сотни тысяч. Дело свое они ведут хотя и на новых началах - т. е. пользуясь последними словами науки, но по старинным московским обычаям. Их, например, конторы и приемные заставляют многого желать". "Новое время".
Мамонтовы
Род Мамонтовых ведет свое начало от звенигородского купца Ивана Мамонтова, о котором практически ничего неизвестно, разве что год рождения - 1730, да то, что у него был сын Федор Иванович (1760). Скорее всего, Иван Мамонтов занимался откупным промыслом и составил себе хорошее состояние, так что сыновья его были уже богатыми людьми. Можно догалываться о его благотворительной деятельности: памятник на его могиле в Звенигороде был поставлен благодарными жителями за услуги, оказанные им в 1812 году.
У Федора Ивановича было три сына - Иван, Михаил и Николай. Михаил, видимо, не был женат, во всяком случае, потомства не оставил. Два других брата были родоначальниками двух ветвей почтенной и многочисленной мамонтовской семьи.
Цитата: «Братья Иван и Николай Федоровичи Мамонтовы приехали в Москву богатыми людьми. Николай Федорович купил большой и красивый дом с обширным садом на Разгуляе. К этому времени у него была большая семья”. ("П. М. Третьяков". А. Боткин).
Мамонтовская молодежь, дети Ивана Федоровича и Николая Федоровича, была хорошо образована и разнообразно одарена. Особенно выделялась природная музыкальность Саввы Мамонтова, что сыграло большую роль в его взрослой жизни.
Савва Иванович выдвинет Шаляпина; сделает популярным Мусоргского, забракованного многими знатоками; создаст в своем театре огромный успех опере Римского-Корсакова «Садко». Будет не только меценатом, но советчиком: артисты получали от него ценные указания по вопросам грима, жеста, костюма и даже пения.
С именем Саввы Ивановича тесно связано одно из замечательных начинаний в области русского народного искусства: знаменитое Абрамцево. В новых руках она возродилась и скоро стала одним из самых культурных уголков России.
Цитата: "Мамонтовы прославились на самых разнообразных поприщах: и в области промышленной, и, пожалуй, в особенности в области искусства. Мамонтовская семья была очень велика, и представители второго поколения уже не были так богаты, как их родители, а в третьем раздробление средств пошло еще дальше. Происхождением их богатств был откупщицкий промысел, что сблизило их с небезызвестным Кокоревым. Поэтому, при появлении их в Москве, они сразу вошли в богатую купеческую среду". ("Темное царство", Н. Островский).
Родоначальником этой одной из самых старых торговых фирм в Москве был Василий Петрович Щукин, уроженец города Боровска Калужской губернии. В конце семидесятых годов XVIII века Василий Петрович учредил в Москве торговлю мануфактурным товаром и продолжал ее в течение пятидесяти лет. Его сын его, Иван Васильевич, основал Торговый дом «И. В. Щукин с сыновьями» Сыновья - это Николай, Петр, Сергей и Дмитрий Ивановичи.
Торговый дом вел обширную торговлю: товары отправлялись во все уголки Центральной России, а также в Сибирь, на Кавказ, Урал, в Среднюю Азию и Персию. В последние годы Торговый дом стал продавать не только ситцы, платки, бельевые, одежные товары и бумажные ткани, но и шерстяные, шелковые и льняные изделия.
Братья Щукины известны как большие ценители искусства. Николай Иванович был любителем старины: в его собрании находилось множество старинных рукописей, кружев, различных тканей. Для собранных предметов на Малой Грузинской он выстроил прекрасное здание в русском стиле. По завещанию - вся его коллекция, вместе с домом, поступила в собственность Исторического музея.
Сергей Иванович Щукин занимает особое место среди русских самородков-коллекционеров. Можно сказать, что вся французская живопись начала текущего столетия: Гоген, Ван Гог, Матисс, часть их предшественников, Ренуар, Сезанн, Монэ, Дега - была в коллекции Щукина.
Насмешки, неприятие, непонимание обществом работ того или иного мастера - не имели для него ни малейшего значения. Часто Щукин покупал картины за грош, не по своей скаредности и не из желания притеснить художника, - просто потому что они не продавались и даже цены на них не было.
Рябушинские
Из слободы Ребушинской Пафнутьево-Боровского монастыря Калужской губернии в 1802 году в московское купечество “прибыл” Михаила Яковлев. Торговал он в Холщовом ряду Гостиного двора. Но разорился во время Отечественной войны 1812 года, как и многие купцы. Возрождению его как предпринимателя способствовал переход в “раскол”. В 1820 году основатель дела вступил в сообщество Рогожского кладбища - московской твердыни старообрядчества "поповщинского толка", к которому принадлежали богатейшие купеческие фамилии первопрестольной.
Михаил Яковлевич принимает фамилию Ребушинский (именно так она писалась тогда) в честь своей родной слободы и вступает в купечество. Торгует он теперь "бумажным товаром", заводит несколько ткацких мануфактур в Москве и Калужской губернии, и оставляет детям капитал более 2 миллионов рублей. Так суровый и истовый старообрядец, носивший простонародный кафтан и работавший в качестве “мастера” на своих мануфактурах, заложил основу для будущего процветания семейства.
Цитата: "Меня всегда поражала одна особенность - пожалуй, характерная черта всей семьи, - это внутренняя семейная дисциплина. Не только в делах банковских, но и общественных, каждому было отведено свое место по установленному рангу, и на первом месте был старший брат, с коим другие считались и в известном смысле подчинялись ему". ("Мемуары", П. Бурышкин).
Рябушинские были известными коллекционерами: иконы, картины, предметы искусства, фарфор, мебель... Неудивительно, что Николай Рябушинский, "беспутный Николаша" (1877-1951), выбрал жизненным поприщем мир искусства. Экстравагантный любитель пожить "на широкую ногу" вошел в историю русского искусства как редактор-издатель роскошного литературно-художественного альманаха "Золотое Руно", выходившего в 1906-1909 годах. Альманаху под флагом "чистого искусства" удалось собрать лучшие силы российского "серебряного века": А. Блок, А. Белый, В. Брюсов, среди "искателей золотого руна" значились художники М. Добужинский, П. Кузнецов, Е. Лансере и многие другие. Сотрудничавший в журнале А. Бенуа оценивал его издателя, как "фигуру любопытнейшую, не бездарную, во всяком случае особенную".
Демидовы
Родоначальник династии купцов Демидовых - Никита Демидович Антуфьев, более известный под фамилией Демидов (1656-1725) был тульским кузнецом и выдвинулся при Петре I, получив огромные земли на Урале для строительства металлургических заводов. Никита Демидович имел трех сыновей: Акинфия, Григория и Никиту, между которыми и распределил все свои богатства.
В знаменитых алтайских рудниках, обязанных своим открытием Акинфию Демидову, в 1736 году были найдены богатейшие по содержанию золота и серебра руды, самородное серебро и роговая серебряная руда.
Его старший сын Прокопий Акинфиевич мало обращал внимания на управление своими заводами, которые и помимо его вмешательства приносили огромный доход. Он жил в Москве, и удивлял горожан своими чудачествами и дорого стоившими затеями. Прокопий Демидов немало тратил и на благотворительность: 20 000 рублей на учреждение при Петербургском воспитательном доме госпиталя для бедных родильниц, 20 000 рублей Московскому университету на стипендии беднейшим студентам, 5 000 рублей главному народному училищу в Москве.
Третьяковы
Происходили из старого, но небогатого купеческого рода. Елисей Мартынович Третьяков, прадед Сергея и Павла Михайловичей, прибыл в Москву в 1774 из Малояровславца году семидесятилетним стариком с женой и двумя сыновьями, Захаром и Осипом. В Малоярославце купеческий род Третьяковых существовал еще с 1646 года.
История рода Третьяковых в сущности сводится к жизнеописанию двух братьев, Павла и Сергея Михайловичей. При жизни их объединяли подлинная родственная любовь и дружба. После смерти они навсегда остались в памяти как создатели галереи имени братьев Павла и Сергея Третьяковых.
Оба брата продолжали отцовское дело, сначала торговое, потом промышленное. Они были льнянщики, а лен в России всегда почитался коренным русским товаром. Славянофильствующие экономисты (вроде Кокорева) всегда восхваляли лен и противопоставляли его иноземному американскому хлопку.
Эта семья никогда не считалась одной из самых богатых, хотя их торговые и промышленные дела шли всегда успешно. На создание своей знаменитой галереи и собирание коллекции Павел Михайлович тратил огромные деньги иногда в ущерб благосостоянию своей собственной семьи.
Цитата: "С гидом и картой в руках, ревностно и тщательно, пересмотрел он почти все европейские музеи, переезжая из одной большой столицы в другую, из одного маленького итальянского, голландского и немецкого городка в другой. И он сделался настоящим, глубоким и Стонким знатоком живописи". ("Русская старина").
Солтаденковы
Происходят из крестьян деревни Прокунино Коломенского уезда Московской губернии. Родоначальник рода Солдатенковых, Егор Васильевич, значится в московском купечестве с 1797 года Но известной эта семья стала лишь в половине XIX века, благодаря Кузьме Терентьевичу.
Он снимал лавку в старом Гостином дворе, торговал бумажной пряжей, занимался дисконтом. Впоследствии стал крупным пайщиком ряда мануфактур, банков и страховых обществ.
У Кузьмы Солдатенкова была большая библиотека и ценное собрание картин, которые он завещал Московскому Румянцевскому музею. Это коллекция является одной из самых ранних по времени ее составления и самых замечательных по превосходному и долгому существованию.
Но главным вкладом Солдатенкова в русскую культуру считается издательская деятельность. Его ближайшим сотрудником в этой области был известный в Москве городской деятель Митрофан Щепкин. Под руководством Щепкина было издано много выпусков, посвященных классикам экономической науки, для чего были сделаны специальные переводы. Эта серия издания, носившая название "Щепкинской библиотеки", была ценнейшим пособием для студентов, но уже в мое время - начало этого столетия - многие книжки стали библиографической редкостью.
1. Бахрушины
Происходят из купцов города Зарайска Рязанской губернии, где их род можно проследить по писцовым книгам до 1722 года. По профессии Бахрушины были «прасолы»: гоняли гуртом скот из Приволжья в большие города. Скот иногда дох по дороге, шкуры сдирали, везли в город и продавали кожевенным заводам — так начиналась история их собственного дела.
Алексей Федорович Бахрушин перебрался в Москву из Зарайска в тридцатых годах позапрошлого столетия. Семья переезжала на телегах, со всем скарбом и младшего сына Александра, будущего почетного гражданина города Москвы, везли в бельевой корзине. Алексей Федорович — стал первым московским купцом Бахрушиным (в московское купечество он занесен с 1835 года).
Александр Алексеевич Бахрушин, тот самый почетный гражданин Москвы, был отцом известного городского деятеля Владимира Александровича, коллекционеров Сергея и Алексея Александровичей и дедом профессора Сергея Владимировича.
Кстати о коллекционерах, это известная страсть к “собирательству” была отличительной чертой рода Бахрушиных. Особенно стоит отметить коллекции Алексея Петровича и Алексея Александровича. Первый собирал русскую старину и, главным образом, книги. По духовному завещанию, библиотеку он оставил Румянцевскому музею, а фарфор и старинные вещи — Историческому, где были две залы его имени. Про него говорили, что он страшно скуп, так как «ходит кажное воскресенье на Сухаревку и торгуется, как еврей». Но вряд ли его можно за это судить, ведь каждый коллекционер знает: самое приятное — самому разыскать подлинно ценную вещь, о достоинствах коей другие не подозревали.
Второй, Алексей Александрович, был большим любителем театра, долгое время председательствовал в Театральном обществе и был весьма популярен в театральных кругах. Поэтому Театральный музей стал единственным в мире богатейшим собранием всего, что имело какое-либо отношение к театру.
И по Москве, и по Зарайску они были почетными гражданами города,- честь весьма редкая. Во время моего пребывания в Городской думе было всего два почетных гражданина города Москвы: Д. А. Бахрушин и князь В. М. Голицын, бывший городской голова.
Цитата: «Одной из самых крупных и богатых фирм в Москве считается Торговый дом братьев Бахрушиных. У них кожевенное дело и суконное. Владельцы — молодые еще люди, с высшим образованием, известные благотворители, жертвующие сотни тысяч. Дело свое они ведут хотя и на новых началах — т. е. пользуясь последними словами науки, но по старинным московским обычаям. Их, например, конторы и приемные заставляют многого желать». «Новое время».
2. Мамонтовы
Род Мамонтовых ведет свое начало от звенигородского купца Ивана Мамонтова, о котором практически ничего неизвестно, разве что год рождения — 1730, да то, что у него был сын Федор Иванович (1760). Скорее всего, Иван Мамонтов занимался откупным промыслом и составил себе хорошее состояние, так что сыновья его были уже богатыми людьми. Можно догалываться о его благотворительной деятельности: памятник на его могиле в Звенигороде был поставлен благодарными жителями за услуги, оказанные им в 1812 году.
У Федора Ивановича было три сына — Иван, Михаил и Николай. Михаил, видимо, не был женат, во всяком случае, потомства не оставил. Два других брата были родоначальниками двух ветвей почтенной и многочисленной мамонтовской семьи.
Цитата: «Братья Иван и Николай Федоровичи Мамонтовы приехали в Москву богатыми людьми. Николай Федорович купил большой и красивый дом с обширным садом на Разгуляе. К этому времени у него была большая семья”. («П. М. Третьяков». А. Боткин).
Мамонтовская молодежь, дети Ивана Федоровича и Николая Федоровича, была хорошо образована и разнообразно одарена. Особенно выделялась природная музыкальность Саввы Мамонтова, что сыграло большую роль в его взрослой жизни.
Савва Иванович выдвинет Шаляпина; сделает популярным Мусоргского, забракованного многими знатоками; создаст в своем театре огромный успех опере Римского-Корсакова «Садко». Будет не только меценатом, но советчиком: артисты получали от него ценные указания по вопросам грима, жеста, костюма и даже пения.
С именем Саввы Ивановича тесно связано одно из замечательных начинаний в области русского народного искусства: знаменитое Абрамцево. В новых руках она возродилась и скоро стала одним из самых культурных уголков России.
Цитата: «Мамонтовы прославились на самых разнообразных поприщах: и в области промышленной, и, пожалуй, в особенности в области искусства. Мамонтовская семья была очень велика, и представители второго поколения уже не были так богаты, как их родители, а в третьем раздробление средств пошло еще дальше. Происхождением их богатств был откупщицкий промысел, что сблизило их с небезызвестным Кокоревым. Поэтому, при появлении их в Москве, они сразу вошли в богатую купеческую среду». («Темное царство», Н. Островский).
3. Щукины
Родоначальником этой одной из самых старых торговых фирм в Москве был Василий Петрович Щукин, уроженец города Боровска Калужской губернии. В конце семидесятых годов XVIII века Василий Петрович учредил в Москве торговлю мануфактурным товаром и продолжал ее в течение пятидесяти лет. Его сын его, Иван Васильевич, основал Торговый дом «И. В. Щукин с сыновьями» Сыновья — это Николай, Петр, Сергей и Дмитрий Ивановичи.
Торговый дом вел обширную торговлю: товары отправлялись во все уголки Центральной России, а также в Сибирь, на Кавказ, Урал, в Среднюю Азию и Персию. В последние годы Торговый дом стал продавать не только ситцы, платки, бельевые, одежные товары и бумажные ткани, но и шерстяные, шелковые и льняные изделия.
Братья Щукины известны как большие ценители искусства. Николай Иванович был любителем старины: в его собрании находилось множество старинных рукописей, кружев, различных тканей. Для собранных предметов на Малой Грузинской он выстроил прекрасное здание в русском стиле. По завещанию — вся его коллекция, вместе с домом, поступила в собственность Исторического музея.
Сергей Иванович Щукин занимает особое место среди русских самородков-коллекционеров. Можно сказать, что вся французская живопись начала текущего столетия: Гоген, Ван Гог, Матисс, часть их предшественников, Ренуар, Сезанн, Монэ, Дега — была в коллекции Щукина.
Насмешки, неприятие, непонимание обществом работ того или иного мастера — не имели для него ни малейшего значения. Часто Щукин покупал картины за грош, не по своей скаредности и не из желания притеснить художника, — просто потому что они не продавались и даже цены на них не было.
4. Рябушинские
Из слободы Ребушинской Пафнутьево-Боровского монастыря Калужской губернии в 1802 году в московское купечество “прибыл” Михаила Яковлев. Торговал он в Холщовом ряду Гостиного двора. Но разорился во время Отечественной войны 1812 года, как и многие купцы. Возрождению его как предпринимателя способствовал переход в “раскол”. В 1820 году основатель дела вступил в сообщество Рогожского кладбища — московской твердыни старообрядчества «поповщинского толка», к которому принадлежали богатейшие купеческие фамилии первопрестольной.
Михаил Яковлевич принимает фамилию Ребушинский (именно так она писалась тогда) в честь своей родной слободы и вступает в купечество. Торгует он теперь «бумажным товаром», заводит несколько ткацких мануфактур в Москве и Калужской губернии, и оставляет детям капитал более 2 миллионов рублей. Так суровый и истовый старообрядец, носивший простонародный кафтан и работавший в качестве “мастера” на своих мануфактурах, заложил основу для будущего процветания семейства.
Цитата: »Меня всегда поражала одна особенность — пожалуй, характерная черта всей семьи, — это внутренняя семейная дисциплина. Не только в делах банковских, но и общественных, каждому было отведено свое место по установленному рангу, и на первом месте был старший брат, с коим другие считались и в известном смысле подчинялись ему». («Мемуары», П. Бурышкин).
Рябушинские были известными коллекционерами: иконы, картины, предметы искусства, фарфор, мебель… Неудивительно, что Николай Рябушинский, «беспутный Николаша» (1877—1951), выбрал жизненным поприщем мир искусства. Экстравагантный любитель пожить «на широкую ногу» вошел в историю русского искусства как редактор-издатель роскошного литературно-художественного альманаха «Золотое Руно», выходившего в 1906—1909 годах. Альманаху под флагом «чистого искусства» удалось собрать лучшие силы российского «серебряного века»: А. Блок, А. Белый, В. Брюсов, среди «искателей золотого руна» значились художники М. Добужинский, П. Кузнецов, Е. Лансере и многие другие. Сотрудничавший в журнале А. Бенуа оценивал его издателя, как «фигуру любопытнейшую, не бездарную, во всяком случае особенную».
5. Демидовы
Родоначальник династии купцов Демидовых — Никита Демидович Антуфьев, более известный под фамилией Демидов (1656-1725) был тульским кузнецом и выдвинулся при Петре I, получив огромные земли на Урале для строительства металлургических заводов. Никита Демидович имел трех сыновей: Акинфия, Григория и Никиту, между которыми и распределил все свои богатства.
В знаменитых алтайских рудниках, обязанных своим открытием Акинфию Демидову, в 1736 году были найдены богатейшие по содержанию золота и серебра руды, самородное серебро и роговая серебряная руда.
Его старший сын Прокопий Акинфиевич мало обращал внимания на управление своими заводами, которые и помимо его вмешательства приносили огромный доход. Он жил в Москве, и удивлял горожан своими чудачествами и дорого стоившими затеями. Прокопий Демидов немало тратил и на благотворительность: 20 000 рублей на учреждение при Петербургском воспитательном доме госпиталя для бедных родильниц, 20 000 рублей Московскому университету на стипендии беднейшим студентам, 5 000 рублей главному народному училищу в Москве.
6. Третьяковы
Происходили из старого, но небогатого купеческого рода. Елисей Мартынович Третьяков, прадед Сергея и Павла Михайловичей, прибыл в Москву в 1774 из Малояровславца году семидесятилетним стариком с женой и двумя сыновьями, Захаром и Осипом. В Малоярославце купеческий род Третьяковых существовал еще с 1646 года.
История рода Третьяковых в сущности сводится к жизнеописанию двух братьев, Павла и Сергея Михайловичей. При жизни их объединяли подлинная родственная любовь и дружба. После смерти они навсегда остались в памяти как создатели галереи имени братьев Павла и Сергея Третьяковых.
Оба брата продолжали отцовское дело, сначала торговое, потом промышленное. Они были льнянщики, а лен в России всегда почитался коренным русским товаром. Славянофильствующие экономисты (вроде Кокорева) всегда восхваляли лен и противопоставляли его иноземному американскому хлопку.
Эта семья никогда не считалась одной из самых богатых, хотя их торговые и промышленные дела шли всегда успешно. На создание своей знаменитой галереи и собирание коллекции Павел Михайлович тратил огромные деньги иногда в ущерб благосостоянию своей собственной семьи.
Цитата: »С гидом и картой в руках, ревностно и тщательно, пересмотрел он почти все европейские музеи, переезжая из одной большой столицы в другую, из одного маленького итальянского, голландского и немецкого городка в другой. И он сделался настоящим, глубоким и Стонким знатоком живописи». («Русская старина»).
7. Солдатенковы
Происходят из крестьян деревни Прокунино Коломенского уезда Московской губернии. Родоначальник рода Солдатенковых, Егор Васильевич, значится в московском купечестве с 1797 года Но известной эта семья стала лишь в половине XIX века, благодаря Кузьме Терентьевичу.
Он снимал лавку в старом Гостином дворе, торговал бумажной пряжей, занимался дисконтом. Впоследствии стал крупным пайщиком ряда мануфактур, банков и страховых обществ.
У Кузьмы Солдатенкова была большая библиотека и ценное собрание картин, которые он завещал Московскому Румянцевскому музею. Это коллекция является одной из самых ранних по времени ее составления и самых замечательных по превосходному и долгому существованию.
Но главным вкладом Солдатенкова в русскую культуру считается издательская деятельность. Его ближайшим сотрудником в этой области был известный в Москве городской деятель Митрофан Щепкин. Под руководством Щепкина было издано много выпусков, посвященных классикам экономической науки, для чего были сделаны специальные переводы. Эта серия издания, носившая название «Щепкинской библиотеки», была ценнейшим пособием для студентов, но уже в мое время — начало этого столетия — многие книжки стали библиографической редкостью.
НОВОСИБИРСКИЙ ОРДЕНА.. ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ" УНИЕЕВСШЕТ им. ЛЕНИНСКОГО КОМСОМОЛА
На правах рукошси
ЗУЕВА Елена Александровна
РУССКАЯ. КУПЕЧЕСКАЯ. СЕМЬЯ В СИБИРИ. КОНЦА ХУШ- ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ ХГХ в.
"■ -.. Специальность 07.00.02 " -Отечественная история
Диссертация на соискание ученой стегани.; кандидата исторических наук;
. . " ". Новосибирск " "
Работа выполнена на"кафедре Отечественной истории Новосибирского ордена Трудового Красного Знамени государственного университета ici.Ленинского комсомола
Научный руководитель - доктор исторических наук,
Профессор Н.А.Миненко
Официальные оппоненты. - доктор исторических наук
Д.Я.Резун, . 1 Кандидат исторических наук ■ ". - ■ А.Р.Ивонин
Ведущее учреждение; . - Новосибирский государственный педагогический институт
Защита состоится " ¿5 /21992 г. в^ часов на заседании специализированного Совета К.063.98.02 по присуждении ученой степени кандидата исторических наук"в Новосибирской ордена Трудового Красного. Замени государственном университете имени Ленинского комсомола (630090, г.Новосибирск, 90, ул.Пирогова, 2). . _ ; """■"
С диссертацией могсно ознакомиться в библиотеке Новосибирского государственного университета »"■"."-
Ученый секретарь..
специализированного Совета,
кандидат исторических наук, " . "
доцент Н.В.Куксавова
I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРНО ТИКА РЛБОШ
Актуальность темы исследования. Интерес к изучению купеческого сословия продиктован, с одной сторон", внутренней логикой развития самой исторической науки, до сих пор уделявзей русскому купечеству явно недостаточное внимание, а с другой -реалиями сегодняшней кизни (появлением в нашем общеслзе новоявленного отряда предпринимателей, постепенным переосмыслением не только содержания понятий - таких как "рынок", "частная собственность", но г. отношения к ним). Не..эду тем сословие дельцов и предпринимателей - купечество - было одной из социальных групп, которая бесспорно сыграла чрезвы-айно вакную роль в истории России. В пос едней четверти ХУШ - первой половине ПХ в. оно являлось не только наиболее сильной в экономическом отношении частью торгово-промышленного населения, но и самой привилегированной после дворянства и духовенства прослойкой общества.
Заметным оказывалось участие этого сословия в развитии капитализма. Еще в конце 1960-х гг. в.ходе дискуссии по вопросу о генезисе капитализма в России било убедительно сказано о необходимости изучения носителей новых явлений в экономической жизни страны. Купечество выступало одним из источников формирования буржуазии. Воссоздание его истории, следовательно, необходимо для понимания процесса складывания в стране капиталистических отноаений. ;
Изучение теш актуально и в культурологическом аспекте, поскольку купцы являлись носителями и передатчиками определенной социальной культуры - системы специфических нравственных ценностей и представлений. Они много сделали вообще дуй развития культуры в стране. Кучцы выступали меценатами и создавали на свои средства"библиотеки, музеи, театры, основывала школы, строили церкви,-больницы, птеготи, покровительствовали всему талантливому.
Что кас.ется купечества" Сибирд, то оно в. силу специфики социального состава населения данного региона (в частности, почти полного отсутствия здесь дворянства) во многом определяло тенденции экономической, общественной и культурной кизни края.
Разработка истории сибирского купечества несомненно значима для создания полной картины истории русского купечества.
В числе важнейших проблем, встающих при этом - история купеческой семьи. Известно, что семье, как основной ячейке общества, принадлежит ведущая роль в производстве и воспроизводстве жизни, накоплении имущества и передачи его по наследству, формировании индивидуального сознания. В прошлом прежде всего через семью человек включался в общественную жизни, семья была передатчиком памяти поколений и социально-психологических представлений, фор;,трущих систему и кодекс социального поведения индивида. Обращаясь к самым разнообразным общественным институтам, процессам и отнош.нишл в России рассматриваемого периода, трудно найти среди них такие, к которым купеческая.семья оставалась бы нейтральной. Поэтому изучение семьи открывает дополнительные возможности для более глубокого понимания кардинальных проблем феодализма (отношений собственности, института наследования, быта и культуры, духовной жизни). ,
Исследователями-фамилистами вполне доказано, что в, ходе исторического развития,семья не остается статичной. В ней, как в"фокусе, отражается все многообразие социально-экономических и культурных перемен, происходящих в обществе. Каждый крупный переворот в-жизни общества вызывает изменения и п се-мейно-брачных отношениях. Нет семьи и семейных отношений вообще, всякая семья,"и семейные отношения имеют определенный, ". исторически конкретный и надаоиально-специфический характер. Это находит выражение, в частности, в формировании и регулировании численности, поколенного состава, структуры и соответственно типа семьи,-внутрисемейных"взаимоотношений. При рассмотрении этих характеристик у различных классов и сословий наблюдается своя специфика. И задача исследователей как раз состоит в том, чтобы выявить общие и специфические черты в семейной сфере у разных народов и социальных групп в различные исторические эпохи. . - "
Объектом нашего исследова: и стала купеческая семья в Сибири в конце ХУШ - первой половине ИХ в. В фокусе вникши..! нз все торговцы, а:именно те семьи, которые согласно законодательным "остановлениям (1775-85-х и последующих годов) были
записаны в состав трех купеческих гильдий/ В силу определенной специфики семейко-брачных отношений у нерусских гильдей-цев (а такие с учетом того, что их процент в общей массе сибирского купечества был незначителен) исследование ведется исключительно на материалах русского купечества.
Изученность темы. В исторической литературе можно найти лев скупые заметки, касающиеся отдельных сшотов и бранной теш. В дореволюционный период интерос к сибирской торговле и укладу местной городской кпзни проявляли А.Н.Радищев, П.А. Словцоз, В.К.Андриевич. В изучении история купеческой семьи определенный Еклад внесли местные сибирские краеведа. Ими приведет немногочисленные, но точные сведения о "численности купечества, размерах их семей ч капиталов (Н.А.Абрамов, H.A. Костров), сделаны верные наблюдения о выроядении с1„ринных купеческих династий к середине НХ"в. (К.Ц.Голодников), выявлено отношение администрации к сибирскому купечеству (Н.Щукин).
К истории купеческой семьи в Сибири обращались и областники: С.С.Шашков, Н.М.Ядринцев, Г.Н.Потанин. Решение этого вопроса они подчиняли задаче разоблачена политики гдризма. Сгущая краски исторической палитры, онп писали, что "худое правление" к,".ело следствием праздность, невежество, приниженное положение кенщин, в том числе в купеческой среде.
По-разному оценивалось исследователями отношение купечества к собственному просвещении и обучению детей. Одни считали, что купцы "жили без книг, без чтения" (П.А.Словцов, П.М.Головачев), другие, наСчрот, отмечали т>^*у купцов к чтению (Н.С. Романов, Н.С.Щукин, Н.В.Латкан). Г.Н.Потанин находил, что отношение у разных локальных групп сибирского купечества к образованию было различным. По его мнению, томоше купцы, в отличие от.иркутских,"не вставили городу потомства, стремящегося к образованию. .
В дореволюционных работах рассматривались"история некоторых купеческих фамилий," деятельность отдельных выдающихся представи злей купечества: Г.И.Шелехова (И.В.Щеглов, В.Л.При-клонский, П.И.ПчкемскиД), Поповых, S.A.Горохова, И.Д.Астаиева (А.В.Акг,риаиов), "Глазуновых, Ворошиловых и Пэхолкоеых "(Я.Корейка), М.Щлышсова и К.Спбирякова (В.И.Вагин), Щеголевых (Н.В.Латкин). .
В целом, в дореволюционной историографии шло накопление и обобщение архивных материалов и личных наблюдений. Были поставлены проблемы о положении женщины в семье, отношении купцов к обучении детей, исторической роли сибирского купечества и судьбах отдельных его родов.
После 1917 г. тема истории купечества надолго отошла на задний план. Силы историков в основном были сконцентрированы " на изучении истории рабочего класса и крестьянства. Своеобразным толчком к изучению истории "эксплуататорских классов" в России стала дискуссия по проблеме перехода от феодализма к капитализму, развернувшаяся в 1960-е гг. Изучение истории русской буржуазии, в том числе куп&гества, выступающего главным источником ее формирования, было поставлено в число важнейших вопросов,.требующих основательной разработки.
История купечества ХУШ - первой половины XIX в. нашла свое отражение в исследованиях сибиреведов в контексте общих вопросов-, связанных с изучением истории отдельных городов и регионов, развитием торговли и ремесла, городского самоуправления, духовного облика горожан (работы З.Г.Карпенко, М.М.Гро-мычо, Ф.А.Кудрявцева,. Г.А.Вендриха^ А.А.Кондрашенкова, В.В. Рабцевич, Л.С.Рафиенко, А.Н.Копылова,"В.И.Кочедамова, О.Н. Вилкова, Д.И.Копылова, Н.А.Миненко, А.Д.Колесникова, Ф.Г.Саф-ронова, Д.Я.Резуна,Г.Ф.Быкони). Ряд интересных работ о сибирских купцах- появился в 1980-е гг.,.в том числе исследования Е.Н.Евсеева, В.П.Шахерова, В.П.Шпалтакова, В.П.Бойко, С.В.Евдокимовой, Н.Ф.Емельянова, А.И.Куприянова.- .
Отдельные упоминания о купеческих семьях можно найти в коллективном труде "История Сибири" (т. 2). Авторы показывают династическую преемственность в занятиях торговлей и промышленностью, которая прослеживается на примере деятельности ряда купеческих фамилий города Тилени.
Историками признано, что после реформы 1775 г. численност! купцов и их семей по всем сибирским городам резко уменьшилаы Д.И.Кошловым сделан интересный вывод об исчезновении со сцены известных в ХУШ - начале XIX в. торгово-промышленных династий Корнильевых, Медведниковых, Кремлевых л других и приходе им на смену новых династий промышленников. Ан таз персоналий ир"-7тсг.ого купечества позволил В.П.Шахярову утверждать.
что подавляющее большинство фамилий, отмеченных в Иркутске в первой трети ХЕХ в., выдвинулось в.состав купечества в конце ХУШ - начале XIX в. В результате исследования социально-экономического развития Забайкалья конца ХУШ - первой половины ХЕХ.в. С.В.Евдокимова установила, что в забак^альских городах не было купеческих династий. К Еыводу о том, что в 50-60-х гг. ХЕХ в. ряд крупных купеческих фирм Томска терпят краг, приходит В.П.Шпалгаков.
Наибольший вклад в разработку нашей проблематики внесен М.М.Громыко. Ею прослежены судьбы богатых иибгрских купцов Корнкльевых (г.Тобольск) и Походяшных (г.Верхотурьэ). В статье "Социально-экономические аспекты изучения н°привилегиро-ванных сословий"феодальной Сибири" М.М.Громыко предпринята удачная попытка выявить факторы взаимовлияния родственных связей и социально-экономических явлений в купеческой среде. Общественное сознание сибирского купечества также стало предметом ее специального исследования.. В работах М.М.Громыко, А.Н. Кошлова-и В.В.Рабцэвич проводится мысль -о том, что, в сибирской купеческой среде фуысционировала система ценностей, выработанная дворянством. ■ ... " "
Итак, в советской историографии прослежена родословная некоторых, преимущественно самых известных, купеческих фамилий, династическая преемственность в занятиях торговлей и промышленностью, сделаны важные наблюдений, о периодическом обновлении состава предпринимателей,"""об исчезновении со сцены в первой половине ХЕХ в. известных в ХУШ в. торгово-промышленных династий. Однако вместе с тем история русской купеческой"семьи в Сибири в конце ХУШ - первой половине XIX в. остается.. малоисследованной. Вне поля зрения историков остались зопрс гы численности и структуры т/тгаческой семьи, внутрисемейных взаимоотношений" (в том числе имущественных разделов и.наследования собственности). . - , .
■ Цель и задачи исследования. Цель») исследования.является воссоздание истории купеческой.семьи в Сибири конца ХУШ -первой.половины ХЕХ в. Достижение" этой цели-предполагает ре-пение Конкретных задач: " "" "."■ "
проследить в".динамике численность и: структуру, купеческой семьи, определить факторы, влиявшие на -гх изменения; -
Выяснить подвижность состава купеческих семей, степень устойчивости купеческих родов;
Рассмотреть вопрос о возрасте брачащихся и социальном происхозденки кен в купеческой семье;
Проанализировать внутрисемейные отношения (между мужем и кеной, родителями и детьми), в том числе в имущественной сфере;
Охарактеризовать функционирующий в среде купцов институт опеки и попечительства.
Решение поставленных задач потребовало предварительного выяснения основных тенденций динамики численности купечества как в Сибири в целом, так и в ее отд льных регионах.
Хронологические рзмкп работы: конец ХУШ - первая половика XIX в. Нижняя граница исследования падает на 1790-е гг. Объясняется этот выбор тем, что согласно реформам 1775-1785 гг. российское купечество было выделено из общей массы горожан (посадских). Законодательными акта!,ж были впервые четко «формулированы правовые различия меаду. членами трех купеческих гильдий. В результате заметно обновился состав сибирского купечества.
Что касается верхней хронологической грани, то тенденция рассматривать середину НХ в. в качестве рубежа в изучении истории той или иной.проблемы в советской историографии традиционно и вполне оправдано. Начавшиеся в это время крупные, социально-экономические перемены в обществе вызывали сущест- венные изменения и в структуре семьи, и.в характере- внутри- семейных отношений. ■
Территориальные рамки работы включают всю Сибирь. Развиваясь на основе закономерностей, общих дося всей страны, этот регион имел определенные демографические, социальные и другие особенности, проявляющиеся и в брачно-семейной сфере. Сибирь, как известно, не знала крепостного права й среди основных источников пополнения купечества здесь в отличие от Европейской России не было представителей дворянства и выходцев из крепостных крестьян. На террито;та Сибири в рассматриваемый период существовало много мелких, средних и крупных городов. Причем глазными центрами сосредоточения купечества гтлились Иркутск, Ттлень и Томск, которым в работе уделяется особое внимание.
Новизна исследования определяется тем, что диссертация яв-гяется первой работой, специально посвященной истории купечес-:ой семьи в Сибири. Новыми являются и поднимаемые в ней проб-ге.мы: изучение состава брачащихся, взаимоотношений в купечес-;ойсемье, ее размеров и структурно-поколенного состава, се-¡ейных разделов и наследования, организации в купеческой сре-;е опеки и попечительства. В орбиту исследования вво,;ится юлылой и разнообразный массив не привлекавшихся ранее специ-1листаш архивных документов.
Источниковая база диссертации. Среди использованных авто-юм источников можно выделить материалы статистического ха-»актера. К ним относятся ревизские сказки, ведгчости учета упеческих«капиталов, регистрационные ("капитальные") и "обы-¡ательские" книги, ведомости учета населения, списки по города о записи в купечество, отчеты губернаторов (всевозможные!татистические таблицы, которые к ним прилагаются), а также итериалы учета населения церковных приходов - метрические лиги и исповедные росписи.
Комплекс привлеченной делопроизводственной документации акяе разнообразен и содержит сведения обо всех сторонах сединой жизни купцов: о политике властей по отношению к семье, взаимоотношениях внутри семьи, опекунской деятельности, обы-[аях наследования и разделов, обучении купеческих детей и пр.
Судебно-следственные материалы, используемые в диссертации, I основном касаются конфликтных ситуаций, семейных разделов, ¡поров с государственными и церковными властями из-за нарушение купцами официально признанных норм брачно-семейной жизни. "чятнеэлось, что судебно-следственные дела - источник тенден-козный. 1К возникновение было связано с событиями,- выходя^л-31 за принятые в общества норст"феодального права.
Немногочисленные дошедшие до нас завещания (духовные| кре-гасти), договоры на сделки по имуществу относятся к актовому ¡атериалу. Они оказались незаменимыми источниками при изучена семейн -имущественных отношений и, в частности, обычаев ©следования собственности.
Источники законодательного характера, которые также припекались к работе, позволяют судить об изменениях в полити-:е государства и церкви по отношению к семьи и купечеству.
Особую группу составляют мемуары, исторические записки, письма. Непосредственные участники событий, их авторы не понаслышке знали "емейный быт сибирского купечества и подробно освещали различные его стороны в своих сочинениях.
Практическая значимость работы. Материалы и выводы диссертации могут быть использованы в обобщающих трудах по истории Сибири, купечества, семьи, в работах по истории отдельных сибирских городов, при подготовке учебных пособий, лекционных и специальных курсов.
Апробация диссертации. Основные положения и вывода диссертации изложены в докладах и сообщениях на ХХШ, ШУ, ХХУ и ХХУ1 Всесоюзных студенческих научны^ конференциях "Студент и научно-технический прогресс" (Новосибирск, 1985-1988 гг.), на ХУЛ, XIX и XXI меявузовских научных конференциях (Новосибирск, 1987, 1989 и 1991 гг.). Диссертация обсуждалась на заседании кафедры отечественной истории Новосибирского государственного университета.
Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, примечаний, списка источников и литературы, пргаджений.
П. ОСНОВНОЕ С0ДЕР2АНИЕ РАБОШ
Во Введении обосновывается научная значимость и актуальность теш, выявляется степень ее"изученности, формулируются цель и задачи исследования, определяются его хронологические и территориальные рамки, дается общая характеристика источников.
Первая глава " "Численность и состав семьи у русского купечества Сибири конца Ш! - первой половины XIX в." состоит из четырех параграфов. В ней анализируются численность сибирского купечества, его социальная мобильность, динамика размеров и структурно-поколенного состава семьи, возраст лиц, вступающих в брак, и социальное происхождение жен в купеческой среде
I.I. В первом параграфе дается общее представление о динамике численности купечества в рассматриваемый период в Си-"ири в целом и ее отдельных регионах.
В 60-е гг. ХУЛ в. состав сибирского купечества был весьма разнородным - размер семейного капитала колебался от нескольких рублей до нескольких десятков тысяч рублей. После распространения на Сибирь манифеста от 17 марта 1775 г. все семьи с капиталом менее 500 руб. были исключены из.супэческих гильдий, в результате чего произошло резкое сокращение численности сибирского купечества. "Калованная грамота городам" 1785 г. расширила правовые привилегии семей, принадлежащих к купеческому сословии. В результате городских реформ 1775-1785 гг. сибирское купечество превратилось не толыо в наиболее сильную в экономическом отношении часть торгово-промышленного населения региона, но и в самую привилегированную после дворянства и духовенства часть общества.
В целом, на протяжении конца ХУШ - первой половинч XIX в. доля сибирских купцов в общей массе российского купечества была весьма невелика и составляла в 1782 г. - 2,02 %, в 1816 г. - 6,2 %, в 1021 г. - 5,3 %, в 1835 г. - 1,7 %, в середине ЛХ в. - более 2,0 %. За рассматриваемый период общая численность сибирского купечества увеличилась в 1,5 раза -с 2174 чел. муж. пола в 1782 г. до 3404 чел. муж. пола в 1851 г. Но этот рост не был линейным. В конце ХУШ - начале 20-х гг. ХЕХ в. дважды возрастал имущественный ценз для записи в купечество (любой гильдии) и семь раз власти увеличивали размер платежей в" казну с минимального капитала, вследствие чего не прекращался отток людей из гильдий. С 1824 г., с установлением неизменного ценза, числ^чность купечества стала расти. Особенно заметен был рост в 1835-1840-х гг., что надо связывать в первую очередь с интенсификацией.социально-экономического развития страны и, в частности, с бурным ростом золотодобывающей промышленности в Сибири.
Пополнение купеческих рядов шло.в.основном за счет записи в них новых семей. Подавляющее большинство купеческих семей в Сибири конца ХУШ - первой половины XIX в. принадлежало к третьей гильдии. Семей, состоящих в первой и второй гильдиях, было мало, и в основном они проживали в крупных торговых центрах. Самым крупным по численности купечества городом в течение всего рассматриваемого периода был Иркутск.
1.2. Пофамильное сравнение гильдейцев за разные года, проведенное во втором параграфе, позволило выявить высокую подвижность их состава. В середине XIX в. состав сибиряков-гиль-дейцев был иным, нежели в конце ХУШ в. Купеческих династий,-продолжавших свою родословную с ХУШ в. и унаследовавших профессиональные занятия своих предков, оказывалось немного. Причина - неустойчивость положения купцов. Отсутствие крепкой основы - постоянного и гарантированного источника доходов (как, например, у дворян - земли) приводило к систематическому вымыванию из купеческих рядов наиболее неустойчивых элемен тов и ежегодному обновлению состава. Частым явлением были перехода в другие сословия, прежде вето в мещанство. Хотя купцы 1-й и 2-й гильдий располагали значительными капиталами и вели крупные торговые операции, но и им непросто было удержаться в своем сословии. В целом мобильность была столь высока, что число детей и внуков, наследовавших статус отцов и дедов, не было значительно. В Иркутске по сравнению с концом ХУШ в. к середине 1830-х гг. состав гильдейских фамилий обновился на 55 %, в Кяхте - к 1851 г. на 98 %, в Томске к середине XIX в. - на 87"%, в Тюмени к 1856 г. - на 72 %.
Среди тех, кто в течение длительного времени сохранял фамильную преемственность профессиональных занятий, были в Иркутске Сибиряковы, Трапезниковы, Саватеевы, Киселевы, Кузнецовы, Литвинцевы, Малышевы, Медведниковы, Опрелковы, Поповы, Прянишниковы, Саламатовы, Сизые, Солдатовы, Чупаловы, Шесту-, новы, Ширяевы; в Тюмени - Ал^сины, Барашковы, Гилевы, Дьяконовы, Иконниковы, Колмогоровы, Пеньевские, Прасоловы, Проску ряковы, Решетниковы, Сорокины, Чираловы; в Томске - Серебрениковы, Неупокоевы, Щушловы.
1.3. В данном параграфе впервые в историографии сделана попытка провести анализ структурно-поколенного состава и типов купеческих семей в Сибири. Расчеты, произведенные на основе данных массовых материалов, относящихся к Иркутску, Томску, Тюмени, а также выборочных данных по другим сибирским городам (Кяхте, Тобольску, "эрхнеудинску, Киренску, Таре, Kys нецку, Ачинску и др.), позволяют сделать ряд важных выво, эв. В частности, отмечается, что на протяжении конца Х^П - первоЯ половины XIX в. происходило увеличение числа простых по сос-
таву купеческих семей и уменьшение количества сложных семейств. Если в конце ХУШ в. соотношение простых и сложных по составу-купеческих семей в сибирских городах было почти одинаковым (Томск), с незначительным перевесом в сторону больших семей (Тюмень) или малых (Иркутск), то в середине ПХ в. повсеместно у купцов-сибиряков преобладали малые простые семьи.
Динамика численности и структуры купеческой семьи в Сибири конца ХУШ - первой половины ХЕХ в. не в последит очереди определялась теми социально-экономическими изменениями, которые происходили в стране и регионе. Имели также значение процессы, протекавшие в сфере культуры, общественного сознания. Развитие внутренней и внешней торговли, товарно-денежнчх отношений, интенсификация жизни, постепенная ломка патриархального быта - все это раскрепощало личность, усиливало в ней индивидуалистические настроения. Дроблению семей способствовала и политика правительства. "Гильдейский закон" 1824 г. строго ограничил круг лиц, которые могли состоять в одном купеческом семействе. При вступлении в гильдию в одной семье могли быть только супруги с неотделенными детьми и внуками. Остальные, родственники (в частности, семья родного брата главы семьи или его племянников) "отсекались" и (при желании с их стороны состоять в гильдии) должны были подавать собственное заявление о записи в купечество. Кроме того, закон строго ограничил и круг лиц, которые могли "вступить" в наследственный капитал.
Анализ источников показал, что в течение конца ХУШ первой половины XIX в. происходило сокращение средней людности сибирских купеческих семей. .
В течение рассматриваемого времени у сибирского купечества преобладали двухпоколенные семьи. Соотношение л!ежду однопоко-ленными и трехпоколенными семьями в разных городах оказывалось различным: в одних дом"-чре;али. первые, в других - Еторые, в третьих - и тех и других насчитывалось поровну-.
Если в конце ХУШ в. большинство семей 1-й и 2-й гильдии являлись сложными по составу (в Тюмени их было 4 из 5, в Томске - 3 из 5, в Ирку, зке - 12 из 15), то в середине У"Х в. картина была иная. Из 10 семей, входящих в 1-ю и 2-ю гильдии, в Тюмени сложны" было только 2, в Томске из I? - 4, в Кяхте из 10 - ни одной.
1.4. Существенное влияние на судьбы купеческих фамилий оказывали брачнге отношения. У большинства супружеских.пар старшим по возрасту был мужчина. Среди таких браков выделяется "неравные", когда муж оказывался старше жены на 10 и более лет, Процент "неравных" браков колебался во.времени в пределах даже одного города: от нескольких процентов до половины всех браков. - "
Широкое бытование в конце ХУШ г- первой половине ПХ в. у купечества Сибири кгэли межсословные браки. Причем социальное происхождение жен в купеческой среде на разных этапах оказывалось различным. Наблюдалось, в частности, постепенное уменьшение доли браков с дочерьми разночинцев, казаков, крестьян и увеличение доли браков с дочерьми мещан и купцов. Распространенность межсословных браков не позволяла купечеству превратиться в замкнутую (узкосословную) кас-у. йлесте с тем тенденция к сословной брачной эндогамии была обозначена вполне четко и связана со стремлением гильдейцев через брак и установление родственных связей заручиться поддержкой собратьев по сословию, упрочить свои позиции и материальное положение. Нередко семейные связи (особенно получение за невестой богатого приданого, совместное паевое участие двух купеческих семей в торговых операциях) служили весьма существенным подспорьем для становления, развития и упрочения собственной предпринимательской деятельности. Относительная малочисленность гильдейских семей и неустойчивость их положения подталкивали их к пополнению друг с другом как в пределах одного города, так и всего сибирского региона. . л
Вторая глава "Внутрисемейные взаимоотношения" состоит из четырех параграфов.-В ней рассматриваются взаимоотношения между супругами, между родителями и детьми", анализируются вопросы распоряжения семейной собственностью и ее наследования, внутрисемейных разделов, показывается функционирование института кулаческой опеки и попечительства.
2.1. По официальному законодательству жена обязана была "повиноваться своему мужу, как главе"семейства", "пребывать" к нему в любви, почтении и "неограниченном послушании". При выходе замуж женщина принимала звание и сословие мука и впоследствии ее сословное положение определялось сословным поло-
жением мужа. В свою очередь муж обязан бил "доставлять жене пропитание и содержать по состоянию и возможности своей", жить с нею в согласии, защищать ее, "извинять за недостатки и облегчать ее немощь".
Обоим супругам светскими и церковными властями предписывалось обязательное совместное жительство ("тлеть общее сожитие"), соблюдение верности ("не прелюбодействовать"), уважительное отношение друг к другу ("воздерживаться не только оа дел, но и от слов, клонящихся к неправосудию и насильству"), в семейном союзе "наслаждаться удовольствиями и спокойствием".
Главой семьи был старший по возрасту мужчина. Он - "кормитель", "распорядитель в доме", "творящий семейный суд". Ответственность за домочадцев и домашнее хозяйство, которая падала на женщину во время частых отлучек мужа по торговым делам, а также совместное с ним участие в предпринимательских делах (так, городской торговец - владелец лавки не мог вести дело без помощи жены), совместное "наживание" капиталов - все это повышало роль женщины в купеческой семье, особенно в семье, несложной по типу.
Отягчающие семейную жизнь кутежи и пьянство купцов, о которых сообщают современники," действительно имели место, но они не были нормой и осуждались общественным мнением. Купец-"гуля-ка" спускал свой капитал и выбывал из купечества в другое сословие. От купца, который своим "непристойным поведением" "отягчат приличное звание купца", старатась избавиться, исключив из купеческого сословия, отдав в ракруты. Архивные документы и свидетельства современников ясно показывают, что конфликтные ситуации были исключением в семейных отношениях сибирских купцов. Обета, овка взаимопомощи и уважения являлась той основой, на которой строились отношения супругов.
2.2. Роль семьи в социализации молодого поколения была чрезвычайно велика. Отношение к детям в семье носило традиционный характер: в них видели продолжение рода и опору в старости. Воспитание детей во многом определялось тем, какое понимание методов воспитания, какой жизненный опыт, принципы и установки ¡мели сами родители. Подходы к воспитанию юношей и девушек различались. Забота родителей по отношению к сыну -воспитать деловое, самостоятельного человека, достс^ого
преемника профессионального дела отца. Мальчиков с ранних лет старались приобщить к делу, так что к 15-16-летнему возрасту они становились вполне "исправными торговцами". Прёжде чем начать собственное дело, купеческий сын должен был пройти школу ученичестза, проработав совместно.с отцом или у какого-либо другого состоятельного купца в качестве приказчика. Наследственный характер профессии,облегчал детям гильдейцев ведение ■ торгового дела. В коммерческих делах неотделенные"дети были в значительно большей зависимости от родителей, чем отделенные. Последние занимались "бизнесом" самостоятельно и могли в торговых операциях участвовать с родителями как равноправные партнеры. Отсюда наблзодавшееся стремление молодых членов семьи к самостоятельности. Воспитание не девочек в купеческой семье не отличалось особой "затейливостью", их стремились вырастить хорошими хозяйками и матерями.
В течение рассматриваемого времени у сибиряков-гильдейцев взиады на образование детей претерпели изменения. В конце ХУШ - начале НХ в. купцы предпочитали обучать.в основном только мальчиков. Девочки учились"грамоте "самоучками", "кто как смоягт". Мальчиков обучали у частных лиц, либо дома, реже -в казенных учебных заведениях. Прохождение краткого курса учебы считалось достаточным для того, чтобы они смогли приступить к практическому делу - заняться торговлей, помогать родителям по хозяйству. Ускорение экономического и культурного развития Сибири в первой половине XIX в. стимулировало потребность купечества в образования. Постепенно изкивало себя южное понятие об обучении- как отвлечении от непосредственной купеческой деятельности. В середине XIX в. быть грамотным считалось для куща делом обязательным. Но стремления к широкой образованности не было. Чаще всего учеба ограничивалась уроками у частных учителей"и полным (или неполным) курсом школы (училища, гимназии). Возможность содержать училища "на" своем коште" во многом определялась уровнем достатка и состоятельности местного купечества. Но некоторые состоятельные купцы делали все, чтобы их дети получили образование "по типу дворянского": приглашали учителей из образованных ссыльных, отправляли детей учиться за Урал в высшие учебные заведения. Хотя для большей части купечества образование было не самоцелью, а средством помощи в основном профессиональном деле.
2.3. В большой неразделенной купеческой семье на протяжении рассматриваемого периода наблюдалось противоборство двух тенденций. С одной стороны, нежелание дробить об^ай семейный ка-[штал, смешение по-воз,"ложности избежать раздела семьи, "закрепиться" в купеческом звании путем совместной прэдпринкма-гельской деятельности всех взрослых лиц мужского пола. Гла таких семей но хотели дробления капитала между наследниками.)ни старались внушить детям, что для сохранения своего фккан зкового могущества надлежит вести дела так, чтобы пользоваться доходами с нераздельного капитала.
С другой стороны, действовала другая тенденция - тяга взрос-шх членов больших семей к обособленности, независимости, самостоятельному ведению хозяйства. Эта тенденция особенно уси-шлась к середине ПХ в., хотя семейные разделы у сибирского супечества были обычным и постоянным явлением в течение всего рассматриваемого периода.
Образование новых семей происходило, во-первых, путем выде-ia отдельной семьи (семьи женатого сына), во-вторых, з результате общего раздела семьи (между родителями и детьми, дядей и глемянниками, зятем и вдовой снохой, братьями). Важно подчеркнуть, что единицей раздела была тленно семья. Хотя случаи, :огда в результате раздела обособлялся индивид, также тлели?есто. _ "
Разделу подлежало все движимое и недвижимое имущество. Оце-[арий раздела, как правило, был таков: добровольное соглашение свух и более сторон о разделе - сам раздел. Но не всегда дело ним и ограничивалось. 3 некоторых случаях оно имело и продол-;ение: какая-либо из сторон обнаруживала "утайку" или "присвоение" лицом, у аствующем в дележе, "излишней части" либо "про-голочкн" в Еыдаче причитающейся доли. Следствием этого было вращение пострадавшего к властям с жалобой на "утаившего из-ишнюю часть" а требованг ч вставить.последнего произвести шдел согласно первоначальной договоренности. И благодаря вмешательству властей происходил "миролюбивый" раздел имущест-а между конфликтующая сторонами.
Источники указывают, что нередко разделы приводили к лере-:оду выделяющихся (или выделившихся и "оставшихся") семей из ысшей гильдии в гтзшую либо вовсе к их "выпадению" из куде-
чества. Однако. "индивидуализация" отдельных семей в"процессе дробления купаческогс рода являлась.относительной и не была тождественна семейной индивидуализации" в современном ее понимании. Раздел, во-всяком случае.крупной купеческой семьи, никогда не сопровождался прекращением хозяйственного -сотрудничества, ослаблением уз родственной солидарности. Отделившиеся родственники вели совместные торговые дела", ссужали друг друга деньгами. Но при "этом их деятельность строилась нередко в строгих рамках экономических интересов.
Одна из главных задач семьи-сибирского купечества заключалась в накоплении имущества и передачи его по наследству. В купеческой среде получение некоторой доли наследства (обычно в виде выдела) иногда происходило еще при жизни отцов. После смерти главы наследство распределялось между членами семьи и родными. По наследству передавался каш.тал, крупная недвижимость (дома, заводы, торговые лавки, земельные наделы), векселя акции, домашняя утварь, скот, товары;- в общем все, что, составляло движимую, иНедвижимую собственность.
Законны!,«, объявлением воли владельца относительно его имущества после, смерти."было духовное"завещание. Весьма распространенная практика составления "духовных".не только лицами мужского, НО;и женского" пола, является определенным свидетельством права главы семьи на распоряжение общесемейной собственностью. Доля каждого из наследников," оговариваемая в завещании, зависела от структуры и численности семьи, числа отделенных детей. Но главным при определении круга наследников и дол: каждого-из них была воля.самого завещателя."В случае отсутствия завещания вопрос,об "имении", решался на-основе обычного права и законодательных.постановлений. Весь порядок купечес- . кого наследования, соответствовал в целом законодательству. В. основе права наследования у сибирского"купечества конца ХУШ -первой половины XIX в. лекало родственное.начало."Но при разделе к.трудовое начало-могло оказаться"реиающим^ в.частности, для определения.доли каждого из двух и, более братьев,:делив- . ших наследственны!!"родительский капитал (в течение длительного времени.совместно используемый).или ими общенажитнй "благоприобретенный" капитал.
2.4. В кулаческой семье все нити по торговым операциям сходились в руках главы семьи - "хозяина". В случае его смерти и отсутствия взрослых мужчин в семье вдова и малолетние дети на- * чинали испытывать нужду в стабильном, гарантированном источнике доходов. Но в силу ряда причин (правовых ограничений на распоряжение имуществом, недостаточной компетентности, загруженности работами по дому и т.п.) заниматься торговлей профессионально могла отнюдь не каждая Едоза. В таком случае забс_ы о сохранении и приумножении имущества малолетних наследников до их совершеннолетия принимали на себя опекуны я попечители. Состав последних мог варьироваться: ма"ь и родственник, один или двое родственников, родстйеннкк и постороннее лицо, одно или два посторонни лица. Опека могла быть поручена и одному из оставшихся в живых родителей, без назначения ему в помощь других опекунов. ■ 1 " "■
Организацией опеки и попечительства и контролем за ними занимались специальные, созданные правительством органы -сиротские суды. Активное участие в опеке принимали сами купцы: во-первых, в качестве членов-сиротских судов; во-вторых, в качестве опекунов и попечителей над личностью и имуществом несовершеннолетних, а также вдов.
Система опекунства имела весьма широкое распространение в" среде сибирского купечества в изучаемый период и представляла собой социальный институт, призванный обеспечить.правовую защиту личностных и имущественных"Интересов вдов и несовершеннолетних купеческих детей. .." , ■ "
В заключении содержатся обобщающие выводы. Констатируется, что в конце ШИ - первой половине. ХСХ в. численность сибирско- , го купечества была"относительно небольшой," основная масса семей (около 90 %) принадлежала к 3-й гильдии,.причем регулярно (ежегодно) происходило обновление состава гильдейцев. Делает- . ся вывод, что купеческа" сеыья была не просто единой системой, связанной родственными узами," а одновременно также являлась наследственной торговой фирмой, что неизбежно сказывалось и на размерах семьи, и на взаимоотношениях, супругов, родителей и детей. При имеющих место неприглядных моментах, в целом, семейные взаимоотношения в сибирской купеческой семье"в конце
ХУЫ - первой половине XIX в. строились в обстановке доброжелательности к взаимно:"- поддержки.
Ряд основных положений и выводов диссертации отражен в следующих " публикациях автора: .
1. "Книга записи городовых обывателей" города Тюмени 1797 г как источник по истории сибирского купечества // Мат риалы
XXШ Всесоюзной научной студенческой конференции: История. -Новосибирск, 1985. - С. 34 - 37. .■
2. Досуг и развлечения сибирского купечества во второй по-лозкне ХУШ - начале XIX в. // Материалы ХХ1У Всесоюзной научной студенческой конференции: История. - Новосибирск, I98S. -С. 43 - 47. -
3. Численность и структура купеческой семьи середины ХУШ в. (по материалам города Иркутска/ // Материалы ХХУ Всесоюзной научной студенческой конференции: ИсТ(.рия. - Новосибирск, 1987. - С. 33 - 37.
Л Вопросы общественно-семейного бкта сибирского купечества ХУШ - середины XIX в. в работах советских исследователей // Изучение Сибири в советскую эпоху: Бахрушинские чтения 1987 г. - Новосибирск, 1987. - С. 142 - 148.
5. Размеры и структурно-поколенный состав семьи тобольского купечества по данным третьей ревизии // Материалы ХХУ1 Всесоюзной научной студенческой конференции: История. - Новосибирск, 1988. - С. 24 - 28.
6. Ведомости учета купеческих капиталов как исторический источник (на материалах г.Иркутска конца ХУШ - первой половины XIX в.) // Массовые источники по.истории Сибири: Бахрушинские чтения 1989 г. - Новосибирск, 1939.- - С. .98 - 108.
7. Опека и попечительство у сибирского купечества в последней четверти ХУШ -. первой половине XIX в. // Социально-культурное развитие Сибири: Бахрушинские чтения 1991,г. - Новосибирск, J99I. - С. 25 - 34. ■ У
Постараемся быть беспристрастными — шаг за шагом рассмотрим «бытие и сознание» этого интереснейшего сословия, а выводы — делать вам!
Бытие через быт
Быт является одной из важнейших составляющих человеческой жизни. Мы создаем быт, подстраивая под себя окружающее пространство. Мы практически не можем существовать вне быта. Бытие определяет сознание, в конце концов, каким бы спорным ни было это утверждение.
Тем не менее целенаправленным изучением быта историки занялись не так давно. И здесь купечество дает огромное количество материала для исследования, особенно для тех, кто изучает традиционную русскую культуру или просто ею интересуется.
Обязанности и особенности
В XIX столетии купцы были достаточно закрытым сословием со своими правами, обязанностями и особенностями. Правда, это не означало, что в него не могли влиться люди из других сословий, чаще всего разбогатевшие крестьяне или дети духовенства, не желавшие или не имевшие возможности идти по духовной стезе.
Внутренняя, частная жизнь купечества в этот век представляла собой островок «старинной» русской жизни по заветам отцов и дедов, патриархальную среду, где любые новшества принимались, как минимум, с подозрением, а традиции считались основой жизни. Несмотря на это, ради пользы дела купцы не чуждались вполне светских развлечений — театров, выставок, концертов. Это помогало завязывать нужные знакомства, заключать выгодные сделки и т.д. Но это проникновение культуры европейской практически никак не влияло на бытовую культуру: вернувшись с концерта модной певицы, купец мог легко поменять европейское платье на красную рубаху и полосатые штаны и сесть пить чай с семьей вокруг огромного начищенного самовара.
 |
Все писатели и публицисты XIX века отмечали, что купцы были наиболее религиозной частью городского поселения. В субботы, воскресенья и двунадесятые праздники считалось обязательным присутствие на службе. Не менее обязательной (а точнее, почти никому не приходило в голову, что может быть как-то иначе) была и домашняя молитва. Добрым делом в купеческой среде считалась благотворительность, жертвование на храмы и монастыри, ктиторство.
Одной из отличительных черт купцов была бережливость в быту, иногда доходившая до скупости. Если расходы, связанные с торговлей, считались необходимыми, то чрезмерные расходы на личные нужды общественное мнение порицало и считало предосудительным. Вполне нормальной была ситуация, когда сын донашивал кафтан отца или даже деда. Подобная экономия распространялась на все сферы частной жизни: дома были не очень большими, стол — достаточно скромным и т.д.
Дом
В Москве купцы селились в основном в Замоскворечье. Дом строился из камня, вокруг него размещались службы — конюшня, сараи, баня и сад. Баня как необходимый элемент купеческого дома в XIX веке уже отмирала, теперь мыться ездили в общественные бани. В сараях хранились самые разнообразные инструменты, упряжь для лошадей и т.д. Конюшни старались строить прочными, теплыми и без сквозняков, чтобы лошади не простудились. Лошади были двух видов, крепкие и выносливые для поездок в другие уезды и губернии; красивые и породистые — чтобы щеголять в театре и на ярмарках. Ну а кладовые были целым царством домашних запасов, приготовленных по старинным рецептам: квасили капусту, солили и мариновали грибы, овощи, мочили яблоки, солили мясо и рыбу, варили варенье, иногда по нескольку суток подряд, и т. д.
Сам дом состоял из двух частей — парадной и жилой. В парадной части обязательна была гостиная, но вообще парадных комнат могло быть несколько, ведь в то время некоторые купцы уже устраивали светские приемы и балы — для пользы дела, разумеется. По описаниям современников, в первой половине XIX века в большинстве купеческих домов парадные комнаты оформлялись богато, даже роскошно, но не всегда со вкусом. Потолки расписывались: райские птицы, сирены, купидоны. Из мебели обязательными были диваны, диванчики нескольких разновидностей, обитые неяркой тканью — синей, бордовой, коричневой и т.п.
 |
В парадных комнатах хозяева старались повесить свои портреты и портреты предков, в стеклянных шкафах радовали глаз красивые и дорогие безделушки. Интерьеры купеческих домов обладали интересной особенностью: в парадных комнатах все подоконники были заставлены разнокалиберными бутылями с домашними наливками, настойками, медами и прочим. Из-за этого окна в комнатах плохо открывались, и проветривали редко, открывая форточки. В таких условиях воздух приходилось освежать искусственно: курили мятой, уксусом (вспоминаем «Лето Господне»), «смолкой». Смолкой называли конус из бересты, куда насыпали сосновую смолу с ароматными веществами, а сверху клали тлеющий уголек.
Жилые комнаты располагались в задней части дома, они были скромнее обставлены, с более низкими потолками и выходили во двор — еще одно проявление скромности в быту. Часто в них вешали пучки целебных трав и цветов, которые отгоняли насекомых и также освежали воздух. Есть сведения, что такие пучки травы могли привозиться из различных монастырей, и, перед тем как повесить, их кропили святой водой.
С тем, что мы называем «бытовыми удобствами», в купеческих домах было еще хуже. «Удобства», то есть туалеты, располагались во дворе, имели непрезентабельный вид, плохо строились и редко ремонтировались, провалиться в такой туалет было вполне реально.
...к врачам относились с подозрением
В целом в купеческой среде к врачам относились с подозрением, считая, что они более стремятся получить высокий гонорар, чем вылечить больного. Это вкупе с невысоким уровнем тогдашней медицины заставляло купцов и их домашних предпочитать в лечении домашние средства. При простуде грудь и горло оборачивали шерстяным чулком, внутрь принимали пунш, при расстройствах желудка лечились квасом с солью, огуречным рассолом, моченой грушей, а с приступами гипертонии боролись кровопусканием и пиявками. Народные средства тоже иногда могли принести вред, тот же цирюльник, пускавший кровь, мог занести инфекцию в ранку. Желудочные болезни напрямую зависели от рациона. Так что же ели московские купцы?
Еда
Еда вообще — одна из важнейших составляющих национальной культуры. Купеческая среда стала одной из хранительниц русской кулинарной культуры.
Прежде всего, сколько раз в день ели? В девять часов утра подавался чай, около двух обедали, примерно в пять часов пили вечерний чай, в девять ужинали. Теперь можно подробно рассмотреть, что конкретно ело и пило купечество за каждой трапезой.
 |
К чаю полагалась выпечка, самая разнообразная, постная или скоромная, из разного теста и с десятками начинок, а также непременно — мед разных сортов, домашнее варенье, покупной мармелад. Пышки, пирожки, булочки, ватрушки, большие пироги подавались также к обеду и ужину.
Обед традиционно состоял из нескольких горячих блюд и закусок. На первое был суп, чаще всего щи, борщ, уха затем подавалось несколько горячих блюд, а после них — разнообразные закуски и сладкое. Звание любимого купеческого супа прочно удерживали щи с сушеными грибами. Так как в купеческой среде строго соблюдались посты, то борщ варили на мясном или постном бульоне, а уху ели не всегда. Все рецепты были традиционными, полученными от отцов, а новые практически не заимствовались. Все блюда состояли из простых ингридиентов, которые можно было купить на московских рынках. На второе подавали блюда сытные и не сложные в приготовлении. В посты это каши и овощи с грибами, приготовленные с постным маслом. В обычные дни — запеченное мясо, птица, кулебяка с большим количеством начинки (морковь с луком, рыбный и мясной фарш, грибы и т. д.). Основными приправами были соль, перец, лук, лавровый лист.
Что касается напитков, то пили купцы домашние наливки, настойки, квасы, сбитни, иногда домашнее пиво. Все это делалось дома и не требовало больших расходов. Покупные вино и водка появлялись на столе только по воскресным и праздничным дням.
Сладкое состояло прежде всего из выпечки — больших пирогов с начинкой из свежих фруктов или домашнего варенья, маленьких пирожков, булочек, коврижек, пряников.
В промежутке между четырьмя основными трапезами купцы и купчихи ели орехи, мармелад и домашнее варенье. Делалось оно на сахарном и медовом сиропе из различных фруктов и ягод. Варка могла занимать сутки или больше. Отдельного разговора стоит купеческая любовь к чаю и чаепитиям, ставшая чуть ли не хрестоматийным признаком принадлежности к этому сословию благодаря известной картине Кустодиева. Действительно, купечество и чаепитие почти неразделимы.
 |
В XIX веке на территории России пили несколько сортов чая — «ординарный», «кирпичный с солью, маслом и молоком», «ма-ю-кон», «лян-син», «жемчужный или златовидный ханский». Вероятно, что цена «ординарного» чая была намного ниже, чем чая «жемчужного ханского». Но даже «ординарный» чай был высокого качества. Огромное значение имело правильное приготовление чая. Сухой чай всегда заливали крутым кипятком и немного настаивали. В чай могли добавляться сливки, но ни в коем случае не сахар. Считалось, что сахар портит вкус и аромат чая, если он добавлен непосредственно в чашку. Сахар подавался отдельно, и чай пился «вприкуску». К чаю могли подаваться различные сладости, такие, как варенье, выпечка, а могло быть просто чаепитие с одним лишь сахаром. За чаем могли разговаривать на разные темы, начиная с обсуждения городских новостей и заканчивая выдачей дочерей замуж. Купцы заключали сделки на миллионы рублей, сидя за чаем. Чаевничали в купеческих семьях много раз в день (обязательно утром и вечером). Гостям всегда предлагалось выпить чаю, это было в каком-то роде проявление радушия и гостеприимства. Обязательным атрибутом чайной церемонии был самовар. По традиции он ставился в центр стола, вокруг него располагались чайные чашки и тарелки с выпечкой. Первым наливал себе чай глава семьи, а за ним остальные по старшинству.
Купеческая мода
В первой половине XIX века купцы постепенно начинают делиться на две группы — «модников», носивших европейскую одежду, бривших или стригших бороду, пользовавшихся духами и т.д., и приверженцев «русского платья». Нередко разделение на эти две группы проходило и по возрастному принципу. Отец мог ходить в «русском платье», а сын одеваться по французской или немецкой моде. Женская одежда включала в себя как традиционные, так и привнесенные из Европы черты. «Золотая купеческая молодежь», или «модники», практически не интересовалась торговой или какой-либо другой деятельностью, предпочитая тратить капиталы своих отцов, придерживавшихся традиций предков, на европейскую одежду, гулянья с цыганами, азартные игры. Одежда их могла и не отличаться от аристократической, но держались они в ней неуверенно. Кроме того, их выдавала неправильная искаженная речь и практически полное отсутствие знания иностранных языков (в первую очередь французского). Постепенно они отвыкали от подобной речи, в то время как их отцы продолжали говорить «оттелева», «отселева», «ахтер», «камплиент», «эвося», «эвтот», «намнясь» и носить сюртуки, шинели и фуражки.
 |
В домашней обстановке купцы «с бородой» любили надевать просторные рубахи, напоминающие крестьянские (особенно популярен был красный цвет). Иногда они надевали и халаты, но это встречалось достаточно редко, по крайней мере в первой половине XIX века. Средств на одежду они тратили немного, предпочитая донашивать одежду отца, а то и деда.
Наиболее своеобразной была женская купеческая одежда. Платье кроилось по европейским лекалам, но поверх него часто надевали шали, душегрейки, на голову повязывали платки. Индивидуальность костюма подчеркивали ленты, оборки, кружева. Чаще всего их покупали задешево, на известных всей Москве распродажах в Фомин понедельник, где можно было купить только что вышедшие из моды платки, шали и кружева. Платья, разумеется, делились на праздничные и повседневные. Повседневные носили дома, в гости к родным или соседям, при походе на рынок. Праздничные надевали в церковь и на ярмарки. Количество платьев у купчих зависело от доходов семьи, но и здесь расточительство не поощрялось. В первой половине XIX века женщины из купеческого сословия, особенно молодые, начинают носить чепцы и шляпки.
Невозможно обойти вниманием вопрос об украшениях купчих. Как правило, зажиточные купцы дарили женам и дочерям довольно дорогие украшения — золотые кольца с драгоценными камнями, жемчужные ожерелья, золотые серьги, сделанные ювелирами золотые или серебряные гребни для волос тонкой работы. Если взглянуть на «парадные» портреты состоятельных или богатых купцов и их жен, то скромная темная одежа мужей контрастирует с ярким платьем жены, а если на портретах изображена немолодая пара, то уж во всяком случае в женском костюме присутствуют украшения. На каждом пальце — по золотому кольцу с камнями или без них. У пожилых — жемчужный воротник платья, сплетенный в традиционной русской технике «поднизи», у молодых — жемчужные ожерелья, золотые цепочки, у всех — серьги в ушах, часто браслеты. В церковь украшения не надевали.
Досуг
Купцы со своими семьями посещали театр, гостей, гулянья, ярмарки просто как обычные покупатели. Ярмарка была традиционным местом развлечения, а театры только входили в моду у купцов. В середине XIX века театры в Москве были в основном домашними. Число их только в Москве достигало 20. Можно назвать несколько самых известных: князя Н.П. Юсупова в Харитоньевском переулке, графа Н.П. Шереметьева в Кускове и Останкине, а также графа С.П. Апраксина на Знаменке. Императорскими театрами в Москве были Большой и Малый (открылся в 1825 году). Особой популярностью пользовались пьесы драматического или комедийного характера, в то время как оперы и балеты купцы недолюбливали. Если постановки в Малом театре чем-то отдаленно напоминают представления на ярмарках (не имеется в виду сходство действия, костюмов, игры актеров, а похожая направленность постановок — и там и там разыгрываются бытовые сюжеты), то опера и балет — совершенно новые явления, для купечества непонятные. Странные костюмы (особенно для балета) и поведение актеров на сцене — все это вызывало недоумение и иногда довольно критическую оценку у купцов. В свою очередь, купцы любили слушать (да и сами исполнять) традиционные русские песни на гуляньях или во время праздников. Они были им ближе, к тому же важную роль играл тот факт, что песни эти «услаждали слух» дедов и отцов. В первой половине XIX века купечество начинает устраивать торжественные обеды, иногда даже балы.
 |
Летние гулянья, в которых участвовали и купцы, проходили по главным московским улицам, вокруг Кремля, в Сокольниках и в Марьиной роще, а также в тогдашних окрестностях города — в Царицыно, Кунцево, Кусково, на Воробьевых горах, в Кузьминках, Останкино, Коломенском, Архангельском. Зимние гулянья (утренние прогулки и «катанья») были в Кремлевском саду, на Тверском бульваре, по набережной Москвы-реки и Новинскому валу. На гуляньях, проходящих весной, всегда присутствовали паяцы, фокусники. 1 мая открывалось загородное гулянье в Сокольниках и Марьиной роще. Необходимо отметить, что летом в гуляньях участвовали в основном купцы и прочий городской люд, так как дворяне разъезжались по своим имениям за пределами Москвы. В садах или парках играла полковая и инструментальная музыка, пели и плясали цыгане, жители города катались в лодках, по вечерам устраивались фейерверки.
Можно сказать, что в первой половине XIX века быт московского купечества представлял собой ни на что не похожий синтез традиционной русской культуры с начинающими проникать в нее элементами культуры европейской, появившейся в России в начале XVIII века. Тем не менее Православие мыслилось фундаментом частной и общественной жизни. Процесс можно абстрактно изобразить как смену внешней оболочки без изменения внутреннего ядра, основ.
